Rambler's Top100
Лениградская Правда
16 ДЕКАБРЯ 2017, СУББОТА
    ТЕМЫ ДНЯ         НОВОСТИ         ДАЙДЖЕСТ         СЛУХИ         КТО ЕСТЬ КТО         ПИТЕРСКИЕ АНЕКДОТЫ         ССЫЛКИ         БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА         FAQ    
Три катарские статьи
12.04.2004

На вчерашнем судебном заседании по обвинению российских граждан в убийстве Зелимхана Яндарбиева произошли две сенсации. Первая - заседание объявили открытым. Потому что помимо судей, обвиняемых, адвокатов, прокуроров там присутствовали старшие офицеры полиции (в штатском) и вооруженные охранники, которые публику и создавали. Так по-катарски выглядит открытый судебный процесс. Вторая - обвинение российским гражданам было предъявлено. Анатолию Биляшкову и Василию Покшеву инкриминировали незаконное проникновение на территорию Катара, подготовку и осуществление теракта и, наконец, осквернение кровопролитием священного для мусульман месяца зуль-хидж.

Как сообщает источник в Дохе, первое судебное заседание, прошедшее 11 апреля в одном из залов судебной палаты эмирата, власти Катара сочли открытым, поскольку россияне предстали перед судьями в присутствии приглашенной в зал публики. Помимо трех судей (Мохаммед аль-Моханнади, Ибрагим Салех аль-Нисф, Халид аль-Шураим), двух государственных обвинителей и двух назначенных судом катарских адвокатов состав собственно публики был следующим: один российский адвокат и один представитель посольства РФ в Дохе, пять старших офицеров катарской полиции, два высокопоставленных чиновника МВД Катара и двенадцать вооруженных охранников, восемь из которых были рассредоточены по залу, а четверо постоянно держали двух россиян за локти. Наручники с Биляшкова и Покшева при входе в зал сняли, однако заменили их своеобразными «живыми кандалами»: стражи, удерживавшие руки обвиняемых, менялись каждые пять минут.

Источник ГАЗЕТЫ, присутствовавший в зале суда, сообщает, что прокурор Саади аль-Дусари в своем вступительном слове, обращенном к председателю суда Ибрагиму Салеху аль-Нисфу, огласил состав преступления. По мнению гособвинителя, «российские агенты незаконно проникли на территорию Катара, используя дипломатические каналы в соседней Саудовской Аравии, после чего приступили к подготовке убийства Салим-хана Яндер-Баева (Зелимхана Яндарбиева)».

Далее прокурор сообщил: «Обвинение располагает доказательствами того, что все составляющие части взрывного устройства, при помощи которого 15 числа месяца зуль-хиджа 1425 года Хиджры (13 февраля 2004 года. – ГАЗЕТА) совершено преступление, были доставлены в дипломатической почте посольства России в Катаре».
Сотруднику российского посольства, который пытался эти заявления опротестовать, слова не дали. Впрочем, слово не было предоставлено и адвокатам – судья Мохаммед аль-Моханнади предпочел обратиться к Биляшкову и Покшеву. На вопрос, признают ли они себя виновными, россияне отвечали: 'Нет!' На вопрос, готовы ли они к тому, что обвинение предъявит неопровержимые доказательства и свидетелей, они подтвердили полную готовность принять и держать удар. Вообще, как отмечает информатор, российские офицеры, невзирая на специфику катарского правосудия, держались твердо и достойно. Другой источник ГАЗЕТЫ сообщил, что за 15 минут до начала открытого заседания судейская коллегия в полном составе беседовала с обвиняемыми в комнате, примыкающей к залу заседаний, с глазу на глаз, только в присутствии стражей. Председательствующий задал Биляшкову и Покшеву только один вопрос: нет ли у них жалоб на содержание в камере и не хотят ли они воспользоваться возможностью заявить о давлении, которое оказывали на них следователи. Жалоб не последовало.

После диалога с подсудимыми председатель суда вновь предоставил слово прокурору. Саади аль-Дусари заявил, что обвинение располагает доказательствами и свидетелями, готовыми под присягой подтвердить тот факт, что Яндарбиев погиб от рук российских агентов. Он еще раз сформулировал обвинение: незаконное проникновение на территорию страны, подготовка и осуществление террористического акта и, наконец, осквернение кровопролитием священного для мусульман месяца зуль-хидж (в этом месяце происходит паломничество в Мекку. – ГАЗЕТА). В этот момент Ибрагим Салех аль-Нисф закрыл заседание, назначив продолжение слушаний ровно через две недели, 25 апреля.

Напомним: экс-президент самопровозглашенной Ичкерии Зелимхан Яндарбиев был взорван в своем автомобиле 13 февраля 2004 года. Вскоре после этого в Катаре были задержаны два сотрудника российских спецслужб и первый секретарь российского посольства в Дохе Александр Фетисов. Последни, благодаря наличию у него дипломатической неприкосновенности был вскоре отпущен, однако вылететь из Катара Фетисов смог лишь 24 марта, после состоявшегося накануне телефонного разговора между президентом России Владимиром Путиным и эмиром Катара Хамадом бен Халифом аль-Тани. Практически одновременно в Москве были освобождены из-под стражи два члена катарской олимпийской сборной по борьбе, которые, как предполагалось, могли быть использованы как разменная карта в борьбе за освобождение россиян.

Закрытый открытый процесс

Со дня задержания информация о том, как продвигается дело «российских агентов», была скудной. Российские адвокаты, которые вылетели в Катар в начале марта, заявляли, что их не знакомят с материалами дела, а МИД РФ жаловался на то, что российского посла Виктора Кудрявцева и консула Максима Максимова пускают к заключенным крайне редко. К тому же в российскую прессу проник якобы секретный доклад российского дипломата, свидетельствующий о том, что с российскими гражданами в тюрьме обращаются крайне плохо: более того, к ним применяют меры физического воздействия. Вплоть до вчерашнего дня ни российские, ни катарские власти не сообщали их имена. А о том, что на 11 апреля намечено первое судебное слушание, как утверждает Виктор Кудрявцев, в посольстве узнали лишь в ночь с 10 на 11 апреля.

На самом деле речь идет не о первом слушании, а о первом открытом слушании. Напомним, что еще 6 апреля глава отдела информации департамента публичных обвинений Катара Абдулла аль-Яссим в интервью ГАЗЕТЕ заявил буквально следующее: «Слушания идут, обвинение предъявлено». А его коллега из департамента финансов подтвердил, что уже какое-то время (не уточнив, правда, какое именно) судебные слушания по делу россиян проходят в закрытом режиме, но вскоре они станут открытыми. Ни тот ни другой чиновник не объяснили, по каким причинам слушания проходят именно закрытые, тем более что в соответствии с местными законами все судебные заседания должны быть открытыми. Однако, как стало известно ГАЗЕТЕ из источников в полиции Катара, это могло быть связано с тем, что все материальные улики против российских граждан (прослушка разговоров, съемка видеокамер прокатного бюро, где они арендовали автомобиль) находились в руках американских спецслужб, работающих в Катаре, которые, собственно, и разрабатывали спецоперацию по захвату российских агентов. Американцы по каким-то причинам не стремились поделиться ими с катарскими властями, которые, в свою очередь, интенсивно проводили допросы российских граждан в надежде на то, что они признают свою вину. В начале марта влиятельная американская газета The Washington Post написала, что обвиняемые свою вину якобы признали (то есть заявили, что они являются работниками спецслужб России, которые прибыли в Катар с целью убийства Зелимхана Яндарбиева), однако уже спустя несколько дней они отказались от предыдущих показаний, узнав, что в Доху вылетает группа российских адвокатов. Подтверждения эта информация не нашла. И все же сейчас российская сторона не отрицает, что задержанные являются сотрудниками спецслужб, но утверждает, что их целью было собирать аналитическую информацию о Зелимхане Яндарбиеве, а не устранять его.

Яндарбиев в бегах

Лидер чеченских сепаратистов, бывший президент республики Ичкерия Зелимхан Яндарбиев уехал из России в 1997 году. Вместе с женой и тремя детьми он жил в Арабских Эмиратах, в городе Аль-Айне. В 2000 году власти ОАЭ аннулировали его вид на жительство, и когда Яндарбиев возвращался из Пакистана, не впустили его в страну. Тогда Яндарбиев вылетел в Турцию, а затем перебрался в Катар, где жил около трех лет.

9 октября 2001 года Яндарбиев был объявлен в международный розыск по линии Интерпола вместе с другими организаторами вооруженного вторжения в Дагестан осенью 1999 года - Асланом Масхадовым, Ахмедом Закаевым, Хожахмедом Нухаевым и Казбеком Махашевым. Уголовное дело по факту этого вторжения до сих пор расследуется в управлении Генеральной прокуратуры на Северном Кавказе. Яндарбиеву предъявлены обвинения по трем статьям Уголовного кодекса РФ: причастность к подготовке вооруженного мятежа в Дагестане (ст. 279), соучастие в создании незаконных вооруженных формирований (ст. 208) и посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов (ст. 317).

Россия неоднократно обращалась к Катару с требованием о выдаче Яндарбиева, все необходимые документы предоставлялись. Но Катар отказывал в его выдаче, и в качестве аргумента государственный министр иностранных дел Катара Ахмед бен Абдалла аль-Махмуд как-то заявил, что Яндарбиев находится в Дохе на положении 'беженца без права политической деятельности'. Даже тот факт, что ООН включила Яндарбиева в список международных террористов, не повлиял на позицию Катара в отношении его выдачи России.

В 2002 году, после захвата театрального центра на Дубровке, в адрес Зелимхана Яндарбиева были выдвинуты новые обвинения: его заподозрили в причастности к организации теракта. Такой вывод представители российских спецслужб сделали на основании прослушивания телефонных разговоров, которые вел из захваченного здания руководитель группы боевиков Мовсар Бараев. Пленку частично дали прослушать журналистам. С одной стороны, Яндарбиев давал советы Бараеву, как вести себя в ходе переговоров, как вывести из-под удара Масхадова, «чтобы сохранить его как политическую фигуру», говорил о причастности к теракту Шамиля Басаева: «точно не знаю, Аслан в курсе или нет, но если Шамиль его подчиненный... Шамиль выполняет указания Аслана'. С другой – из разговора следовало, что Яндарбиев ничего не знал о готовящемся захвате «Норд-Оста» и просто «любопытствовал» по телефону.

Представители спецслужб говорили, что такой масштабный теракт невозможно было провести без финансовой помощи из-за границы – как раз эта роль в сценарии и была отдана Яндарбиеву. По некоторым данным, он находился в хороших отношениях с лидером 'Талибана' муллой Мохаммедом Омаром и посещал Афганистан в 2001 году.

Сосед Доди аль-Файеда

В Катаре Зелимхана Яндарбиева величали личным гостем эмира аль-Тани. Сам эмир незамедлительно принял его, как только тот вступил на катарскую землю. Официальный статус бывшего чеченского лидера, который в Дохе объявил себя «поэтом, специализирующимся на гражданской лирике», формулировался как «политический беженец без права заниматься политической деятельностью». Однако четкого определения, что такое «право заниматься политической деятельностью», в катарском законодательстве нет. Известно, что Зелимхан Яндарбиев давал интервью, в которых без обиняков рассказывал о своих политических убеждениях, не изменившихся со времен переезда в Доху. По словам представителей чеченской диаспоры в Катаре, его сын Дауд (сейчас ему 13 лет) посещал молодежную политическую организацию радикально-исламистского толка «Аль-Сиддик», где под надзором опытных наставников изучал популяризованные для подростков крайне фундаменталистские толкования Корана.

В Дохе семья Яндарбиевых проживала в самом фешенебельном квартале – Аль-Дафна, несмотря на то что политических беженцев в Катаре обычно селят в небольших сообществах в районе пусть центральной, но не столь элитарной улицы Аль-Корниш. Уровень Аль-Дафны можно оценить, если упомянуть, что в этом же районе Доди аль-Файед, друг принцессы Дианы, незадолго до роковой автокатастрофы построил замок для своей возлюбленной. При этом дом Яндарбиева никогда не являлся его собственностью, он арендовал его у государства Катар (ежемесячная стоимость аренды может доходить до 5 тыс. долларов США). В этом же районе, недалеко от одной из четырех мечетей квартала, 13 февраля и взорвался автомобиль Яндарбиева Toyota Land Cruiser.

Единственную известную в российских СМИ версию произошедшего публично озвучила вдова Яндарбиева, Малика. По ее словам, какой-то друг семьи из полиции случайно во время пятничной молитвы обратил внимание на то, что к машине Зелимхана подошли двое мужчин славянской внешности. Спустя час Зелимхан, садясь в машину, взорвался. От взрыва пострадал и его сын Дауд (который, кстати, вплоть до самого последнего времени находился в лучшей больнице всех стран Персидского залива – «Хамад», которая расположена в Дохе). Остается непонятным, каким образом араб-полицейский определил, что подошедшие к машине люди – именно славяне: в квартале живут семьи американских нефтяников и инженеров из Европы. Тем более непонятно, каким образом они сумели заложить в машину взрывчатое вещество в квартале, который перенасыщен камерами слежения и патрулями полиции. При этом, как стало известно, письменных свидетельств этого самого полицейского полиция Катара не получала, как и видеопленки, на которой могла бы быть запечатлена установка адской машины. Необходимо отметить, что немедленно после убийства Зелимхана дом Яндарбиевых в Аль-Дафне взяли под охрану местные полицейские, а саму Малику на неопределенное время переместили в сопровождении телохранителей в соседнее с Катаром государство Оман, откуда она и наведывается в Доху.

Газета, 12.04.2004


Логин
Пароль

Архив Ленправды
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
05 12
2001
10
2000
10
1999
04
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1998
1997
1996
1995
1994
1993
10 11
Загрузка...
    ТЕМЫ ДНЯ         НОВОСТИ         ДАЙДЖЕСТ         СЛУХИ         КТО ЕСТЬ КТО         ПИТЕРСКИЕ АНЕКДОТЫ         ССЫЛКИ         БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА         FAQ    
© 2001-2008, Ленинградская правда
info@lenpravda.ru