Rambler's Top100
Лениградская Правда
19 ДЕКАБРЯ 2017, ВТОРНИК
    ТЕМЫ ДНЯ         НОВОСТИ         ДАЙДЖЕСТ         СЛУХИ         КТО ЕСТЬ КТО         ПИТЕРСКИЕ АНЕКДОТЫ         ССЫЛКИ         БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА         FAQ    
Минное поле
19.02.2007

Сразу в шести субъектах РФ на Северо-Западе – Санкт-Петербурге, Республике Коми, Ленинградской, Псковской, Вологодской и Мурманской областях – 11 марта пройдут выборы в региональные парламенты. Одновременно предстоит череда муниципальных выборов, среди которых выборы мэра и депутатов Городской думы Череповца, горсовета Сыктывкара, Гордумы Пскова, главы печально известного Кондопожского муниципального района Карелии и досрочные выборы распущенного недавно со скандалом Петрозаводского горсовета.

Нынешние выборы – особенные по нескольким причинам. Во-первых, «Справедливая Россия» впервые выступает в них как единый блок. Во-вторых, это последняя репетиция партий перед декабрьскими выборами в Госдуму.

В-третьих, нынешняя кампания проходит в условиях ужесточившегося законодательства – повышения требований к собираемым партиями подписям (максимальный процент допустимых недействительных подписей снижен с 20 до 10), отмены графы «против всех» и порога явки, запрета формирования предвыборных блоков и ограничения критики других кандидатов. Наконец, до предела сузился круг партий, допущенных к выборам. Разного рода общественные объединения, включая региональные, окончательно остались за бортом предвыборной борьбы. Круг участников сузился до 17 федеральных партий – именно столько партий доказали Росрегистрации, что их численность на 1 января 2007 года составляет не менее 50 тыс. человек.

В пяти из шести регионов Северо-Запада парламентские выборы пройдут по смешанной пропорционально-мажоритарной системе. А вот Петербург избрал для себя только пропорциональную модель. В Коми и Вологодской области сохранился порог явки (25 и 20% соответственно), поскольку в этих регионах решения об объявлении выборов были опубликованы до 7 декабря – дня вступления в силу новой редакции федерального закона об основных гарантиях избирательных прав граждан. По этой же причине в Коми и Вологодской области пока не действуют ужесточенные санкции к партиям и кандидатам, замеченным в экстремизме. Что объединяет все выборы на Северо-Западе, так это установленный региональными законами барьер для прохождения партий. Он везде максимален – 7%.

«Отказников» стало больше

Нынешние выборы оказались рекордными по числу партий, не получивших регистрации. Общее число забракованных партийных списков на Северо-Западе достигло 11. Еще почти десяток региональных партийных организаций просто не успели собрать к дате «икс» требуемое число подписей избирателей. Число «отказников» – не окончательное, оно может измениться в любую сторону: с одной стороны, ряд партий продолжают оспаривать законность решений избиркомов в судах и теоретически могут рассчитывать на восстановление в правах. С другой стороны, некоторые партии еще могут быть сняты с дистанции за нарушения в период агитации, как это было, например, с «Родиной» на выборах в Мосгордуму.

Единственный регион, где все желающие партии прошли регистрацию, – это Коми. Лидерами по числу выданных отказов стали избиркомы Петербурга и Вологодской области, «зарубившие» по три списка. Партии, представленные в Думе и потому избавленные от необходимости собирать подписи или вносить избирательный залог, прошли этап регистрации без потерь. Это КПРФ, ЛДПР и «Единая Россия». Вторая партия власти – «Справедливая Россия» – практически везде внесла избирательный залог и проблем тоже не испытала. Остальным пришлось тяжелее: «Яблоко» и СПС потерпели неудачу в двух субъектах РФ, а Демократическая партия – даже в трех.

В условиях, когда партий власти стало две и каждой необходимо обеспечить достойное представительство в региональном парламенте, нет смысла рассуждать, почему избиркомы бросили серьезные силы на отстранение нелояльных партий. Гораздо интереснее проанализировать, как они это делают. И уже беглый анализ показывает, что технологии выбраковки даже с момента проведения предыдущих выборов, состоявшихся в октябре прошлого года, ушли вперед.

Подписался? Докажи!

Технология №1 известна давно и базируется на требовании предоставить подписи избирателей в поддержку партийного списка. В нынешнем избирательном цикле она наиболее блестяще отработана на петербургском «Яблоке». Отстранение партии Григория Явлинского от участия в выборах в Законодательное собрание Петербурга вызвало самый громкий скандал этой предвыборной кампании. Во-первых, Петербург – второй по числу избирателей после Московской области субъект РФ, где 11 марта пройдут выборы. Во-вторых, «Яблоко» имеет в Северной столице традиционно высокий уровень поддержки и вполне могло рассчитывать не просто на преодоление семипроцентного рубежа, а на результат вдвое и даже втрое выше.

Избирательная комиссия Санкт-Петербурга подвергла проверке примерно треть собранных партией подписей, из которых 11,97% признала недействительными (проходной процент брака, напомним, 10). В абсолютных цифрах это 1056 подписей. Из них 738 забраковано в результате несоответствия паспортных и иных (адрес, дата рождения и т.п.) данных, а 318 – в результате проведенной органами внутренних дел почерковедческой экспертизы. При этом в 287 из 318 случаев речь шла о том, что гражданин ввел данные о себе и расписался собственноручно, но дату заполнения за него поставил кто-то другой.

Любопытно, что петербургское выборное законодательство не дает однозначного ответа на вопрос, можно ли за это снимать партию с выборов. Оно действительно требует, чтобы избиратель вносил данные о себе, включая дату заполнения подписного листа, собственноручно, но в списке оснований для отказа в регистрации партии нарушение этого пункта не значится. «Это все равно что издать закон о запрете громко распевать на улице песни поздно вечером, но забыть внести в Кодекс об административных правонарушениях поправки о взимании штрафа за такое поведение, – говорит политолог, один из активистов петербургского „Яблока“ Борис Вишневский. – С одной стороны, петь нельзя, но если запоешь, никто не сможет тебя наказать».

Если бы петербургский избирком трактовал неоднозначный закон в пользу «Яблока», процент брака в подписях сразу упал бы ниже отметки 10 и партия прошла бы регистрацию. Но этого не произошло, и «Яблоко» обратилось за помощью в Центральную избирательную комиссию (ЦИК). Та организовала собственную графологическую экспертизу, и порядка 100 подписей «яблочникам» удалось «отбить». Но это позволило снизить процент брака лишь до 10,4. Для достижения заветной цели в 10% брака «Яблоку» не хватило признания достоверности всего 34 подписей – это 0,1% от общего числа граждан, фигурирующих в подписных листах партии.

Лидеры питерского «Яблока» привезли в ЦИК несколько своих сторонников, чьи подписи, согласно экспертизе, были признаны недействительными. Привезли и десятки заявлений от других граждан (в том числе нотариально заверенные) о подлинности их авторства в подписных листах партии. Все тщетно: 8 из 13 членов ЦИК решили, что мнения почерковедов важнее.

Сейчас «Яблоко» направило жалобу на решение ЦИК в Верховный суд. Это – последняя инстанция для партии. Но в петербургском «Яблоке» почти не верят в положительный для себя исход судебного заседания и во всем винят губернатора Валентину Матвиенко. «Яблочники» приводят три аргумента – свое голосование в Законодательном собрании против назначения Матвиенко на второй срок, инициативу о референдуме по поводу строительства «Газпром-сити» – проекта, очень важного для губернатора, и ее недавнее заявление на предвыборной конференции «Единой России», что «оголтелых критиканов» в следующем созыве городского парламента не будет.

Рекорды скорости

На недостоверных подписях в Петербурге попалось не только «Яблоко». Забракованы также списки Социалистической единой партии России (СЕПР) и «Народной воли». Но процент брака оказался настолько велик (30,92 и 54,34 соответственно), что эти партии и не пытались ничего доказывать в судах.

А вот, например, в Вологодской области «Патриоты России» представили, по мнению облизбиркома, 20,16% недоброкачественных подписей. Это двукратное превышение лимита брака, но партия не сдается. Битву в областном суде она, правда, уже проиграла, но, как и питерское «Яблоко», обратилась в Верховный суд. «Наши расчеты показывают, что проверявший подписи эксперт должен был работать со скоростью 480 подписей в час, или 8 подписей в минуту», – отмечает адвокат вологодского отделения партии Олег Кушка.

О том же самом говорят, кстати, и в петербургском «Яблоке»: по расчетам «яблочников», на проверку каждого подписного листа эксперт мог потратить максимум 30 секунд. Плюс к этому – субъективность любой подобного рода экспертизы даже в том случае, когда ограничений во времени не существует. Не случайно ведь почерковеды Минюста, которых привлекал ЦИК, добавили «Яблоку» больше сотни «правильных» подписей из числа забракованных петербургскими органами внутренних дел.

Питерский парламент дороже Думы

Технология «отсева» партий по причине недостоверных подписей эффективна, но стара как мир. Все остальные мины, заложенные изменениями в избирательном законодательстве, являются относительно новыми. Мина №2 – это сумма избирательного залога для партий. Определение этой суммы полностью отдано на откуп региональному законодательству. И это при том, что залог – верный способ отказаться от сбора подписей и избавиться от субъективизма тех, кто проверяет их достоверность.

В каких-то регионах размер залога установлен на вполне приемлемом уровне, но в некоторых искусственно завышен. Типичный пример – Санкт-Петербург, где избирательный залог установлен на уровне 90 млн рублей. «Это в полтора раза больше, чем на выборах депутатов Госдумы, – не смог сдержать своего возмущения в ходе последней пресс-конференции председатель ЦИК Александр Вешняков. – Ни одна страна мира такие суммы залога не устанавливает. Это не противоречит федеральному закону, но здравому смыслу точно противоречит. Это просто-напросто попытка законодателя для одних создать льготные условия, а для других, наоборот, сделать эти условия невыполнимыми».

Самыми богатыми петербургскими партиями можно считать «Справедливую Россию» и СПС. Они внесли избирательный залог и избежали проблем с подписями. Другие и рады были бы подстраховаться аналогичным образом, но не сумели. «У нас просто нет таких денег. Это запредельная сумма», – сожалеет «яблочник» Борис Вишневский.

Цена мандата

Мина №3 – введение списков региональных групп партий. Теперь каждая партия выдвигает на выборах не только первую тройку списка, но и формирует региональные группы кандидатов. Они нужны на тот случай, если набранный партией на выборах процент позволит сформировать крупную фракцию. Если, скажем, в Петербурге «Единая Россия» получает в парламенте более трех мест, то их займут в первую очередь те из первой тройки списка, кто реально собирается работать в парламенте, например спикер Законодательного собрания Вадим Тюльпанов. Места «паровозов» основного списка (таких как футболист Андрей Аршавин), а также остальные вакансии заполнят лидеры списков тех территорий, где партия набрала максимальное число голосов.

Федеральный закон «О гарантиях избирательных прав граждан» содержит норму, в соответствии с которой основанием для отказа в регистрации или ее отмены может быть выбытие в ходе кампании более половины кандидатов из основного и региональных списков. Ряд регионов, такие как Псковская и Вологодская области, своими законами ужесточили эту норму, позволив избиркомам отказывать в регистрации партиям, у которых не сформирована хотя бы одна региональная группа (или сформирована, но ее члены по той или иной причине решили сойти с дистанции во время кампании). Реализовали свои новые права эти регионы с блеском.

В Псковской области жертвами этой мины стали СПС и «Яблоко». Два члена одной из региональных групп СПС неожиданно, по данным облизбиркома, оказались членами другой партии – СЕПР. А что касается «Яблока», то административный нажим на лидеров региональных групп привел к тому, что часть из них написали заявления о сложении полномочий. Давление, по словам лидера псковского «Яблока» Льва Шлосберга, оказывалось прежде всего через работодателей. «Оно было настолько сильным и циничным, что мы были поставлены перед выбором: мандаты любой ценой либо личный покой людей, оказавших нам доверие, – подчеркивает Шлосберг. – Второе оказалось нам дороже, и мы отозвали список. Будем бороться за мандаты только в одномандатных округах».

Нечто похожее произошло в Вологодской области с СПС. Лидеры списка этой партии по Никольскому избирательному округу одновременно подали в избирком заявления об отказе баллотироваться. Каким именно было давление, в СПС предпочитают не говорить, но отсутствие всего одного регионального списка дало возможность облизбиркому заблокировать предвыборную кампанию партии. Она подала протест в областной суд.

При этом смысл введения так называемых региональных групп, похоже, заключается лишь в том, чтобы отсеять «неверных». «В Псковской области численность областного Собрания депутатов – 44 человека. При этом лишь 22 депутата избирается по партийным спискам, – говорит Лев Шлосберг. – Если наша партия преодолеет пресловутые 7%, нам достанется в парламенте минимум всего один мандат, ну максимум два. Эти места займут люди из основного списка. Зачем тогда нужны двадцать два региональных?»

ЦИК или суд?

Тот факт, что одни пострадавшие партии апеллируют к ЦИК, а другие – к областному (республиканскому) суду, тоже примечателен. В этом – еще одна особенность нынешних выборов. Раньше, согласно федеральному законодательству, партии-«отказники» имели право апеллировать к любой вышестоящей инстанции, а теперь – только к одной из них. Это – мина №4 для партий при выборах в региональные парламенты.

«Мы знаем, насколько Городской суд Петербурга зависим от решения петербургских властей, – говорит Борис Вишневский. – И потому посчитали, что правду легче искать в ЦИКе, чем в Горсуде». Представители псковского и вологодского отделений СПС решили иначе: если речь идет об административном давлении на членов их партий, то факт давления легче доказать в суде, чем в ЦИКе. Но на момент сдачи номера ни тому ни другому отделению СПС не удалось получить положительные для себя решения облсудов.

Не поступился принципами

Подводя промежуточные итоги нынешней избирательной кампании, Александр Вешняков на минувшей неделе предложил вообще отказаться от сбора партиями подписей и внесения избирательного залога. «Для того чтобы стать партией, надо иметь не 10 тыс. членов, как раньше, а 50 тыс., что очень тщательно проверяется, в том числе и Росрегистрацией», – мотивировал свое предложение глава ЦИК.

Гайки в отношении партий за последние годы действительно закручены настолько, что случайных участников на выборах уже не бывает по определению. Поэтому сбор подписей (а для богатых партий – внесение залога) давно превратился в формальность и стал рычагом давления региональных администраций на неугодные политические силы. При этом время для подобных заявлений глава Центризбиркома выбрал не лучшее: через месяц истекут полномочия всех членов ЦИК, и будет ли Вешняков делегирован президентом в новый состав комиссии – еще вопрос. «Единая Россия» уже высказала недовольство новыми инициативами главы ЦИК. Но раз в столь ответственный момент он все-таки не выдержал, значит по-настоящему накипело.

Зайдите за обочину

Отсеивание неугодных партий вкупе с отменой одномандатных округов, помимо прочего, ставит в пикантное положение политиков, привыкших заседать в региональных парламентах. Можно ли, скажем, представить себе Законодательное собрание Петербурга без лидеров местного «Яблока» Михаила Амосова и Натальи Евдокимовой? Наверное, можно, но с большим трудом. «Власть ставит независимых политиков перед выбором: или встраивайтесь в систему, или зайдите за обочину. Это очень тяжелый выбор, и каждый делает его сам», – рассуждает Борис Вишневский.

То же самое касается, кстати, независимых депутатов Госдумы, которые в декабре должны будут или присоединиться к одной из партий-фаворитов, или покинуть парламент. Некоторые свой выбор сделали еще в 2003 году. Например, один из лидеров СПС, Павел Крашенинников, сразу перешел во фракцию «Единая Россия» ради сохранения поста председателя думского Комитета по законодательству. А вот куда подадутся другие, скажем Владимир Рыжков или Геннадий Селезнев?

Пока из независимых депутатов со своим будущим определилась, похоже, лишь Оксана Дмитриева. Она отклонила предложение лидера СПС Никиты Белых занять один из высоких постов в партии и возглавила список «Справедливой России» на выборах в петербургское Законодательное собрание, тем самым ясно дав понять, с кем пойдет на выборы в Думу. «Во-первых, необходимо разрушить монополию „Единой России“. А во-вторых, оппозиция должна быть такой, чтобы с ней считались», – поясняет свой выбор Оксана Дмитриева.

Питерские «яблочники» утверждают, что пока не сломлены как партия и за личную власть, собственные кресла в Мариинском дворце, не держатся. Депутат нынешнего созыва Законодательного собрания Сергей Гуляев традиционно резок. «Лучше с нормальными людьми проиграть, чем выиграть с подонками», – говорит Гуляев. Такой выбор, наверное, тоже достоин уважения. С той лишь оговоркой, что политикам вроде Гуляева теперь придется блистать красноречием на уличных акциях, а не в парламенте.

Эксперт-Северо-Запад, 19.02.2007


Логин
Пароль

Архив Ленправды
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
05 12
2001
10
2000
10
1999
04
2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2004
2003
2002
2001
2000
1999
1998
1997
1996
1995
1994
1993
10 11
Загрузка...
    ТЕМЫ ДНЯ         НОВОСТИ         ДАЙДЖЕСТ         СЛУХИ         КТО ЕСТЬ КТО         ПИТЕРСКИЕ АНЕКДОТЫ         ССЫЛКИ         БУДНИ СЕВЕРО-ЗАПАДА         FAQ    
© 2001-2008, Ленинградская правда
info@lenpravda.ru